Защищено: Выдержки из книги Ирины Хакамады ‘’Sex в большой политике’’
«Искусство великосветской тусовки не давалось мне очень долго. Я не умела, я мучилась, я не понимала: вот пришла, вот встала с бокалом — а дальше? Меня никто не замечает, мной никто не интересуется, со мной никто не заговаривает. От стыда я глотала шампанское, от шампанского покрывалась пятнами (моя индивидуальная реакция на алкоголь), и через полчаса, потная, с красными ушами, я уже ничего не хотела — ни заниматься политикой, ни пить это мерзкое теплое зелье, а хотела домой и чтобы по дороге снизили убийственный налог на добавочную стоимость. О чем и сообщала кому-то в ответ на первую же адресованную мне за вечер протокольную улыбку и замечание о прекрасной погоде. После чего этот кто-то отваливал от меня навсегда…»
«Это был непростительный профессиональный дефект. Приемы, фуршеты, презентации — важная часть работы политика, бизнесмена, чиновника. На них точатся связи, за пять минут решаются проблемы, на которые были бы потрачены месяцы, и потрачены впустую. В общем, никуда не денешься — надо учиться.
Я начала наблюдать мир вокруг, смотреть внимательно фильмы — какой-нибудь церемониальный английский сериал вроде «Саги о Форсайтах» или американскую офисную мелодраму с ее обязательными корпоративными вечеринками и подсмотренные там приемы тут же применять на практике.
Вот заметила, что образцовые героини повсюду опаздывают, даже на церемонию собственного бракосочетания, — и, поборов свою болезненную пунктуальность, постаралась явиться с максимальной задержкой на очередную тусовку — прием в честь министра торговли США. У меня получилось опоздать ровно на сорок минут. Прием был очень пафосный, в ресторане при Донском монастыре. Я влетела в фуршетный зал, и презентационная улыбка приклеилась к губам, а ноги — к полу: огромный зал был… совершенно пуст! И тут появился помощник американского посла. Высоченный красавец. Американская элита не хуже, чем английская, и совсем другая, чем наша, — когда наша элита собирается вместе — окинешь взглядом: боже! отечность, мешки, мутный взгляд (а куда деваться? В России большая власть — это бесконечная большая пьянка).
— Госпожа Хакамада? Все уже сидят за столами в соседнем зале. Я сейчас провожу вас на ваше место… И ничего не бойтесь. Самые выдающиеся люди приходят самыми последними. Вы пришли последней. Следовательно, вы — лучшая.
А дальше были стеклянные двери, хрустальные люстры, бешеное количество столов, посредине пустой коридор. В общем, гул затих, я вышла на подмостки… Надо ли добавлять, что посадили меня рядом с виновником торжества, министром торговли США, к которому я немедленно повернулась, чтобы спросить с элегантной непринужденностью:
— Что вы думаете о перспективах сотрудничества между Россией и Штатами?
Это была моя маленькая виктория.
С тех пор я аккуратно опаздываю куда положено и на сколько положено: посольский прием — 20 минут, банкирская тусовка — 40 минут, правительственный банкет — 10 минут. При этом моя непобедимая пунктуальность никак не страдает, потому что на самом деле я повсюду приезжаю вовремя. Просто припарковываю машину за углом и читаю прессу. Или прошвыриваюсь по окрестным магазинам.
Постепенно я освоила все жесткое мастерство великосветской тусовки и сформулировала для себя ее неписаные правила.
Правило первое. Вернее, второе. Первое — опоздание
Нельзя, отловив, зажимать важную персону в углу и грузить ее там с дикой скоростью своими проблемами, даже если эти проблемы вовсе не ваши, а страны и для ее блага их надо решить немедленно, желательно тут же, в углу. Это неверно. Это непродуктивно. Продуктивно после дежурной любезности выстрелить в персону одной фразой, но такой, чтобы персона сама с трудом подавила желание оттеснить вас в угол для обстоятельной беседы. Положим, вы попали на гулянку Альфа-банка и перед вами то там, то сям мелькает Греф. Очень кстати мелькает. Потому что вам нужно, чтобы из правительства в парламент вывалился пакет антибюрократических законов по малому бизнесу, который в правительстве намертво застрял. Можно протиснуться к Грефу и, наматывая на кулак галстук, произнести пламенный монолог о пользе малого бизнеса для России и о вреде бюрократической паутины, в которой он задыхается. И ничего в результате не добиться. А можно подойти и, рассеянно сканируя взглядом зал, сказать:
— А знаете, я вчера была на встрече с президентом и у меня сложилось впечатление, что вас скоро уволят.
— Что значит «уволят»?!
— Президент назвал ваше Министерство экономики методическим кабинетом. Законы разрабатываться разрабатываются, а дальше с ними ничего не происходит. Где, к примеру, пакет по малому бизнесу?
И пакет появится в плане через неделю…
Правило второе: о флирте, о поиске женихов или любовников — забыть!
Светская тусовка предполагает активное поведение женщины, но без всяких половых мотивов. Никакого кокетства, никакого заигрывания. Здесь за вами не ухаживают. Здесь все работают. И еще — здесь много глаз. Как разговариваете, с кем, в какой манере, позволяете ли лишнее — все заметят и супруге донесут, и потом товарищ будет смотреть сквозь вас стеклянным взглядом и не здороваться. Ни в коем случае. Все женаты. Одиноких мужчин тут нет. И энергетики чувственности тут нет.
Только комплименты. Правда, на них не скупятся. Но они — сплошное вранье. Поначалу я принимала их за чистую монету и, гордая, фланировала по залу, чувствуя, как же я хороша, пока однажды краем уха не услышала, как тетке с задницей с табуретку, с жирной тройной шеей, безвкусно одетой, но обладающей какой-то позицией в каком-то департаменте говорят то же самое. Слово в слово. С теми же интонациями.
Правило третье, вытекающее из второго
Нельзя быть в декольте, нельзя подчеркивать грудь, исключены прозрачные кофточки с мини-юбками, прозрачные колготки и сумасшедшие сапоги в обтяжку на шпильках. Надеть юбку, не стандартную, английскую по колено или чуть выше, а строгую, нерасклешенную, но до середины щиколотки с маленьким пиджаком — это уже неожиданно, это уже хулиганство. Политическая элита очень строгая. Это не банкирские дефиле, где все с ног до головы в бриллиантах, все оголенные, все в шикарных нарядах. И ту, что придет бедно одетой и без бриллиантов, очень осудят. Значит, у мужа плохое положение, и с его банком перестанут иметь дело.
Так и в западном мире, так и у нас. У нас, правда, с избытком. Вот где бренды светятся везде: и на очках, и на сумках, и на пуговицах! Но при этом, что интересно, никто никому не говорит комплименты. Висят изумруды, одежда от кутюр, сумасшедшие фигуры, рост, бедра, ноги, глаза. И — «привет — привет».
Я как-то спросила: почему? И мне объяснили, что это то же самое, что сделать комплимент мужчине, который купил «Порш». Его оценят, но в мужской компании не принято восторгаться: «Какая у тебя тачка!». То же и с женами. Все всё знают. На ком что одето, на какую сумму что сверкает.
Кстати, на частных вечеринках в этом кругу возникла весьма красноречивая традиция — сначала все сидят вместе и говорят о путешествиях. Исключительно — о путешествиях. Кто где был — отели, еда, развлечения. Но очень недолго. А потом расходятся: мужчины — на мужскую половину, с бильярдом, баром, ломберным столом — все как положено, женщины — на женскую. Прямо английское общество. Если мужчина приходит с женой, то автоматически они разлетаются. Нарушить традицию: пойти мужчине на женскую половину, а женщине на мужскую — нельзя. На мужской половине говорят о политике, на женской — о детях и, когда расслабятся, о мужьях, потому что самое главное, что объединяет всех этих женщин, — лютая ненависть к своим мужикам. У них все хорошо — есть дело, есть средства, красота, здоровые дети, путешествия, все это им обеспечил мужчина, и все равно ненавидят. За то, что их искусственно отделяют, за то, что с ними не общаются, хотя они прекрасно разбираются в политике, в бизнесе (каждая, как правило, имеет свое небольшое дело — у кого мебельный магазин, у кого бутик, у кого дизайнерское бюро). За то, что их упорно ставят в нишу, как автомобили в гараж.
Правило четвертое: на приемы надо приезжать сытой
Столы ломятся, выпивка — рекой, но все это не имеет к вам никакого отношения. Другое дело — огромное количество интеллигенции и журналистов, которые сюда попадают: у них низкие зарплаты, им простят.
……
… … … … …