Клуб профессиональных переговорщиков

С индивидуальной мотивацией тесно связаны социальные условия. Среди предпосылок удовлетворения базовых потребностей Маслоу указывает свободу слова, свободу исполнять свои желания, если этим не наносится ущерб другим, свободу исследования, свободу защищать себя, справедливость, честность и порядок. Если эти предпосылки находятся под угрозой, то у индивида проявляется реакция, подобная той, что вызывается угрозой самим базовым потребностям. По словам Маслоу, “эти условия сами по себе не являются целями, но они почти таковы, поскольку столь тесно связаны с базовыми потребностями, в самом деле являющимися целями. Эти условия являются объектами защиты потому, что без них удовлетворение базовых потребностей невозможно или, по меньшей мере, находится под серьезной угрозой”.

Впоследствии Маслоу признал наличие определенного недостатка в его теории мотивации. По-видимому, она не может объяснить, почему, если человек как биологический вид ориентирован на рост, столь многие люди оказываются неспособны развить свой потенциал. Недавно Маслоу удалось уточнить свою позицию, и он добавил “вызов” (стимуляцию) в качестве дополнительной предпосылки, исходящей из внешнего окружения. Ныне он считает, что одновременно и парадоксальным образом существует врожденная человеческая тенденция к инерции, так же как и тенденция к росту и активности. Тенденция к инерции, по Маслоу, частично трактуется как физиологическая — как потребность в отдыхе, в восстановлении. Но это также и психологическая реакция, тенденция к сохранению энергии. Научное подтверждение этому понятию может быть найдено в обстоятельном исследовании покойного Джорджа Кингсли Ципфа, изложенном в его книге “Человеческое поведение и принцип наименьшего усилия” (Zipf, 1965).

Наука о поведении, как правило, игнорировала возможность того, что у людей есть инстинктивная (или близкая к ней) потребность в красоте. Маслоу обнаружил, что, по крайней мере у некоторых индивидов, эта потребность очень глубока, а столкновение с уродливым поистине делает их больными. Этот тезис получил подтверждение в некоторых из его ранних исследований, касавшихся влияния на студентов красивого или уродливого окружения. Эксперименты продемонстрировали, что эффекты встречи с уродливым могут быть отупляющими, сводящими на нет активность. Маслоу пришел к выводу, что — в строгом биологическом смысле, подобно тому как говорят о необходимости кальция в диете, — человек нуждается в красоте: она помогает ему быть здоровее.

Маслоу указывает, что эстетические потребности связаны с образом своего Я. Те, кому красота не помогает стать здоровее, отличаются низким уровнем самооценки, отражающимся в этом образе. Так человек в испачканной одежде чувствует себя неловко в шикарном ресторане: он ощущает, что как бы “не заслужил такой чести”.

Маслоу пересказывает горькую историю, рассказанную ему одним из друзей-психиатров. Речь идет о мужчине, самооценка которого упала настолько низко, что он не чувствовал себя достойным жизни. Когда он в конце концов совершил самоубийство, то сделал это, застрелившись на куче мусора: таково было его мнение о себе. Вот что произошло с человеком, не верившим, что он заслуживает красоты.

Наблюдения Маслоу свидетельствуют, что потребность в красоте почти обязательна у здоровых детей. Свидетельства о наличии эстетических потребностей обнаруживаются в любом возрасте и в любой культуре, начиная с пещерных людей.

Маслоу полагает, что одной из характеристик душевного здоровья является любознательность. По-видимому, отсутствуют достаточные научные и клинические данные, которые бы ясно удостоверяли, что ее можно отнести к числу базовых потребностей: данный предмет не рассматривается в трудах таких теоретиков, как Фрейд, Адлер и Юнг. Вместе с тем, Маслоу указывает следующие основания для отнесения любознательности к числу видовых характеристик человека:

1. Любознательность часто проявляется в поведении животных.

2. История дает много примеров людей, искавших новое знание даже перед лицом серьезной опасности: можно назвать хотя бы Галилея и Колумба.

3. Изучение психологически зрелых индивидов показывает, что их привлекает таинственное, неизвестное и необъясненное.

4. В клиническом опыте Маслоу встречались случаи, когда взрослые, ранее здоровые, начинали страдать от тоски, потери интереса к жизни, депрессии и разочарованности в себе. Такие симптомы могут возникать у интеллектуальных людей, когда им приходится, говоря словами Маслоу, “вести глупую жизнь и заниматься глупой работой”. Маслоу пишет: “Я видел многих женщин — интеллигентных, процветающих, но ничем серьезным не занятых: у них постепенно развивались эти симптомы интеллектуальной безжизненности. У тех из них, кто последовал совету включиться в какое-либо значимое для них дело, улучшение наступало достаточно часто, чтобы я убедился в реальности познавательных потребностей”.

5. Детям, по-видимому, свойственна естественная любознательность.

6. Удовлетворение любознательности субъективно приятно. В отчетах обследованных лиц указывается, что научение и открытие нового приносит удовлетворение и счастье.

Многие исследователи поведения усматривают в поиске порядка, системы и стабильности форму невроза навязчивых состояний. Маслоу соглашается с этими фактами, но отмечает, что те же характеристики поведения, хотя и без одержимости, обнаруживаются и у здоровых, зрелых индивидов. По словам Маслоу, “этот процесс описывался некоторыми как поиск смысла. Мы постулируем здесь желание понимать, систематизировать, организовывать, анализировать, искать связи и смыслы, строить систему ценностей”.

“Человек должен быть тем, кем он может быть”, — говорит Маслоу. Выделение психологической потребности в личностном росте, развитии, в использовании своего потенциала — в том, что Маслоу называет самоактуализацией, — представляет собой важный аспект его теории человеческой мотивации. Эту потребность Маслоу описывает также как “…желание все больше и больше становиться тем, что ты есть, становиться всем, чем ты способен стать”. Маслоу обнаружил, что потребность в самоактуализации обычно проявляется, когда потребности в любви и в оценке в значительной мере удовлетворены.

Маслоу выделил две категории имеющихся у человека потребностей в оценке: потребность в самоуважении и в оценке со стороны других. Первая категория охватывает такие потребности, как желание уверенности в себе, компетентности, мастерства, адекватности, достижений, независимости и свободы. Уважение со стороны других включает такие понятия, как престиж, признание, принятие, проявление внимания, статус, репутация и собственно оценка. Оценочные потребности в основном игнорировались Зигмундом Фрейдом, но на них обратил внимание Альфред Адлер. Субъект с адекватной самооценкой более уверен в себе и благодаря этому более производителен. При заниженной самооценке индивид испытывает чувства приниженности и беспомощности, что может обескураживать его и даже вести к невротическому поведению. Как пишет Маслоу: “Наиболее устойчивая и, следовательно, наиболее здоровая самооценка основывается на заслуженном уважении со стороны других, а не на обусловленной внешними обстоятельствами известности и лести”.

Маслоу считает теоретически возможным, что стремление к свободе может относиться к числу базовых психологических поребностей, но указывает на недостаточность адекватных научных данных в поддержку этого взгляда. “Исходя из широко известных клинических данных, — говорит он, — мы можем допустить, что человек, познавший подлинную свободу (не ту, за которую пришлось заплатить отказом от безопасности и уверенности в себе, а ту, которая построена на базе адекватной безопасности и уверенности), не позволит охотно или легко ее отобрать. Но мы не знаем, так ли это для человека, рожденного в рабстве”.

Когда физиологические потребности и потребности в безопасности удовлетворены, основное место занимают потребности в любви, привязанности и зависимости. Как отмечает Маслоу, теперь субъект “..будет нуждаться в эмоциональных отношениях с людьми, в занятии достойного места в своей группе, и он будет интенсивно добиваться достижения этой цели. Он будет желать этого больше всего на свете и может даже забыть, что, когда был голоден, смеялся над любовью как чем-то нереальным, необязательным или неважным”.

Любовь, как понимает ее Маслоу, не должна смешиваться с сексуальным влечением, которое может рассматриваться как чисто физиологическая потребность. Он говорит: “Обычно сексуальное поведение детерминируется многими факторами — не только сексуальной потребностью, но и другими, прежде всего потребностями в любви и привязанности”. Ему нравится характеристика любви, данная Карлом Роджерсом, связывавшим ее с потребностью “быть глубоко понимаемым и глубоко принимаемым”.

Маслоу считает серьезной ошибкой Фрейдистскую тенденцию выводить любовь из сексуального влечения. “Конечно, — пишет он, — Фрейд не одинок в этой ошибке… Ее разделяет множество менее вдумчивых граждан. Но его можно считать наиболее влиятельным выразителем этого взгляда в Западной цивилизации… Из различных теоретических положений, выдвинутых Фрейдом, наиболее широкую поддержку получило то, согласно которому нежность — это сексуальность с заторможенной целью”.

Маслоу обнаружил, что психология удивительно мало способна сказать о любви. “Можно было бы ожидать, — отмечает он, — что авторы серьезных трудов по проблемам семьи, брака и секса рассмотрят любовь как один из существенных и даже основных предметов изучения. Но я должен доложить, что ни в одном из посвященных этим проблемам томов, имеющихся в библиотеке, где я работаю, этот предмет серьезно не затрагивается. Чаще всего термин “любовь” пока отсутствует в предметном указателе”.

А между тем, констатирует Маслоу, отсутствие любви подавляет личностный рост и развитие потенциала индивида. Клиницисты неоднократно обнаруживали, что младенцы требуют любви. Многие исследователи в области психопатологии рассматривают неудовлетворенную жажду любви как главную причину плохой приспособленности. “Любовный голод, — утверждает Маслоу, — это дефицитарное расстройство, подобное соляному голоду или авитаминозу… Никто не ставит под сомнение, что мы нуждаемся в йоде или в витамине С. Данные, говорящие о том, что мы нуждаемся в любви, на мой взгляд, точно того же типа.”

Любовь, согласно Маслоу, предполагает отношения между двумя людьми, включающие взаимное доверие. Собственно говоря, здесь налицо отсутствие страха, падение защит. Любовь часто ослабляется, когда один из партнеров боится, что его слабости и недостатки будут обнаружены. Карл Меннингер так описывает эту проблему: “Любви не так мешает чувство, что нас недооценили, как страх, более или менее ощущаемый каждым, что другие увидят нас сквозь маску, которая сдерживает наши чувства и которая накладывается на нас условностями и культурой. Именно это побуждает нас остерегаться интимности, поддерживать дружеские отношения на поверхностном уровне, отказываться оценивать других из боязни, что они слишком точно оценят нас”.

Маслоу говорит: “Любовь требует, чтобы ее и давали, и получали… Мы должны понимать любовь; мы должны быть способны учить ей, создавать ее, предсказывать ее, или же мир будет поглощен враждебностью и подозрительностью”.